Телефон круглосуточной поддержки
+7 (343) 271-29-71
Заказать звонок

Заказать звонок


Виктория Шинкарева: «Превращаем горечь утраты любимого питомца в светлую память»

Отзывы

Анатолий Карпов, чемпион мира по шахматам

31.08.2013

Поздравляю авторов идеи! Открытие состоялось и думаю, людям очень понравится. Это уникальный для России проект, и то, что я здесь увидел, меня потрясло. Сад памяти Memory Animals  абсолютно европейский проект.  Браво!

Константин КУРЧЕНКОВ, идеолог движения Зеленая Россия

01.09.2013

"Проект Сад Памяти, на мой взгляд, уникален. В первую очередь тем, что он совершенно меняет представление о культуре обращения с животными. Он позитивный, светлый  и  реализован людьми, которые действительно с уважением относятся к животным!" 

Виктория Шинкарева: «Превращаем горечь утраты любимого питомца в светлую память»

20.10.2014

Виктория Шинкарева: «Превращаем горечь утраты любимого питомца в светлую память»

Долгое время Виктория Шинкарева жила в городе у моря, в Одессе. Она больше 15 лет проработала в медиасфере, Виктория — профессиональный специалист по связям с общественностью. Судьба распорядилась так, что Виктория оказалась на Урале. В Екатеринбурге девушке удалось принять участие в создании уникального проекта — Сад памяти «Memory animals».

 Уже год у екатеринбуржцев есть возможность кремировать и хоронить своих домашних питомцев на специальном кладбище. Собственная идея настолько увлекла Викторию Шинкареву, что из организатора и вдохновителя проект, она превратилась в директора компании. Что отличает уральское кладбище для животных от подобных проектов и почему нельзя ставить знак равенства между ритуальными услугами для людей и захоронением животных? Об этом и не только Виктория рассказывает в беседе с корреспондентом VEGETARIAN.

 

Екатерина Салахова:

Виктория, оказывается, в России всего три кладбища для животных, насколько мне удалось выяснить. В Москве, Санкт-Петербурге и у вас — в Екатеринбурге. Это удивительно мало! Но все же они есть. Расскажите, чем ваш проект отличается от существующих? 

Виктория Шинкарева:

 Сад памяти «Memory animals» — это особая концепция. Миссия нашей компании — превращаем горечь утраты в светлую память. Все наши помещения очень светлые, ведь общение с животным — это очень трогательная личная тема, наши домашние питомцы всегда приносят нам радостные эмоции, затрагивают глубинные струны души. Поэтому у нас нет ничего черного, только яркие цвета. Для нас было важно сделать этот проект не темным и мрачным и максимально отстраниться от опыта ритуалов человеческих. Мы регулярно проводим субботники, открытые уроки для школьников. Нам важно донести до людей, что сюда не нужно бояться приезжать, это сад, где можно гулять.         У нас даже во франшизе прописано, что мы не будем при ее продаже отдавать предпочтение кандидатам, имеющим опыт работы по захоронению людей. Это иной подход, даже другой формат общения с людьми. Мы очень долго разговариваем с ними, наш бизнес — это, прежде всего, участливое отношение к человеку, ведь хороним мы животное, а общаемся с людьми. Практически все, кто к нам обращаются, наверное, 99,9 % участвуют во всех этапах церемонии, в том числе присутствуют на самой кремации. Мы каждому предлагаем пройти в крематорскую, самому посмотреть, как все выглядит, чтобы убедиться, что это не страшно. Мы сами кремируем животных, на территории кладбища есть американский аппарат, предназначенный специально для кремации животных до 90 кг.                                                                                     Кстати, только у нас есть специальный зал для прощаний с питомцами. Уже после процедуры сожжения люди сразу же могут получить урну с прахом. Можно выйти посидеть на скамеечке, прогуляться по лесу.

Екатерина Салахова:

У вас действительно очень красиво. Глядя на оформление залов, колумбария, не хочется думать о грустном. Наоборот, верится в хорошее, в то, что умершие животные сейчас где-то в лучшем месте, им хорошо…

Виктория Шинкарева:

  Считается, что умершее животное уходит на радугу. Вот и у нас есть все цвета радуги! Это разноцветный колумбарий, где хранится прах животных, а также радужное кладбище с семью разноцветными «лепестками». Здесь можно захоронить животное по человеческому принципу в землю. Естественно, похоронен будет прах, ведь по законодательству животные — это биологические отходы, хоронить их можно только путем кремации.

 Екатерина Салахова:

 Что еще отличает кладбища для животных от человеческих захоронений?

 Виктория Шинкарева:

 Здесь не может быть никаких христианских моментов — крестов, крупных памятников. Обычно мы делаем небольшие надгробные памятники.

Екатерина Салахова:

 Сколько процедур кремации вы совершили за год работы?

 Виктория Шинкарева:

 На сегодняшний день у нас свыше 160 захоронений. Честно скажу, это немного. Вообще непосредственно обращений очень много! Но до самой процедуры дело доходит не всегда. Сталкиваемся с проблемой ментальности. Нашему человеку трудно понять, почему можно хоронить только прах животного. К сожалению, у жителей страдает юридическая грамотность. Вот бывает так: «Хочу захоронить без кремации и все тут!». Но ведь есть определенные правила, за подобные захоронения налагаются штрафы.

 Мы сами позиционируем себя как эко-проект. Сад памяти находится в черте города в красивом сосновом бору. Мы гордимся, что при постройке колумбария, организации кладбища мы не срубили ни одного дерева. Для нас это было принципиально важно.

 Поэтому, когда к нам приходят люди и говорят, что хотят похоронить своего питомца в своем саду, мы стараемся убедить их, что нужно кремировать животное. Прах можно забрать с собой, не обязательно оставлять его на нашем кладбище, главное для нас — экологичность и безопасность. Мы даем человеку выбор: хотите хоронить в саду – хороните, но постарайтесь сделать это правильно. Особо упрямым мы, по крайней мере, рекомендуем наиболее безопасный способ захоронения животных — положить в плотную коробку, выкопать глубокую яму, не менее пяти метров. Лучше все-таки сделать это в лесной зоне, не нужно хоронить труп возле своего дома.

Екатерина Салахова:

Я правильно понимаю, что кремация и захоронение не единственные процедуры, которыми вы занимаетесь. У вас, если так можно сказать, предоставлен полный цикл услуг?

Виктория Шинкарева:

 Да, конечно, у нас действительно широкий спектр услуг. Мы занимаемся транспортировкой, делаем эвтаназию. Намеренное прекращение жизни больного животного совершается только по медицинским показателям. Владелец зверя должен предоставить справку от ветеринара, из которой нам станет совершенно ясно, что иного выхода у больного животного нет.

Кроме того, наша компания предлагает разнообразный ассортимент специализированной продукции. Мы не стоим на месте, развиваемся. Например, для тех, кто хотел бы захоронить прах животного на своем садовом, дачном участке, мы заказали специальные биоурны. Это уникальная испанская разработка. Форма из плотной прессованной бумаги состоит их двух туб. В нижнюю тубу помещается прах животного, кстати, урна очень вместительная, даже если кремировать очень крупную собаку, то прах поместиться в нижнее отделение. В верхней тубе находится специальная земля и дренаж, сюда мы кладем кедровую семечку, которая идет в комплекте с урной.

 Как все это работает? Одна туба вставляется в другую, далее помещаем ее под землю. В итоге урна быстро разлагается, прах перемешивается с землей, семечка дает росток. В память о вашем любимце у вас на участке растет дерево. Красиво, не правда ли? Плюс ко всему — экологично! Кстати, вместо кедра вы можете посадить любое другое растение. 

Екатерина Салахова:

 Бизнес, подобный вашему, новый для России. Потребителей пока не так много. Как происходит ваше взаимодействие? Есть отдача? Есть контакт с клиентом?

 Виктория Шинкарева:

 Да, знаете, рынок даже диктует свои услуги. Мы работали первый месяц, когда к нам обратился мужчина, который три года назад захоронил своего кота в лесу. Надо сказать, сделал он это как полагается: закопал глубоко в плотной коробке. Когда он узнал о нашем проекте, то решил перезахоронить кота. Так у нас появилась услуга по эксгумации. Мы посовещались и решили: раз есть такой запрос, значит, это нужно людям, следовательно, нам надо заниматься и такими услугами тоже. В итоге кота перезахоронили в лесной зоне кладбища. Мужчина поставил там памятник из змеевика, он сделал его давно, но не решался установить в лесу. После этого он сказал, что теперь у него спокойно на душе, а то он все время переживал, вдруг могилу раскопают звери или он ее просто не найдет в определенный момент.

Сейчас мы хотим покупать крематор, который бы мог сжигать крупных животных, таких, как лошади. Введение этой услуги тоже продиктовано запросами наших жителей. В Свердловской области много хозяйств, к нам часто обращаются с просьбой кремировать лошадей. Лошади — очень близкие человеку животные. Мы хотим, чтобы у наших жителей была возможность цивилизованного захоронения крупных животных, чтобы процедура была гуманной.

 Екатерина Салахова:

 Что нужно знать человеку, который решит купить бизнес по франшизе? Какие затраты? Что это вообще за бизнес с точки зрения организации и заработка?

 Виктория Шинкарева:

 Основная сложность этого бизнеса — получить землю под кладбище для животных. В Екатеринбурге на это ушло около пяти лет. Необходимо обратиться к городским властям, они уже начинают поиски, чтобы земля, ее месторасположение отвечали всем необходимым требованиям. Сейчас у нас есть четыре гектара земли, она выделялась нам городом специально под кладбище для домашних животных. Земля — также самая дорогая статья расходов в этом бизнесе.

Что касается отдачи, то этот бизнес не принесет какого-то взрывного дохода, но через 3-5 лет, как он окупится, у вас будет достойный стабильный заработок. Достаточно, если в компании будет работать пять человек. Мы так и позиционируем этот бизнес — как семейный. Им вполне по силам заниматься семье, которая любит животных, может быть занимается их разведением.

 Мы готовы продать франшизу бизнеса в другие регионы, если появятся заинтересованные в этом люди. Главное — мы делимся своим опытом. Это бизнес, построенный на нюансах, их нужно учитывать, чтобы это было выгодно. Не надо вкладывать того, чего не нужно, тратить больше, чем нужно, покупать продукцию, которая не будет востребована. Всему этому мы сумеем научить, рассказать, как продавать такой продукт, обучим персонал. Еще один очень важный момент. Кладбище для домашних животных — это бизнес для городов-миллионников. Мы хотим привить культуру захоронения животных, а в маленьких городах пока трудно повернуть людей в сторону цивилизованного захоронения животных. Франшиза должна двигаться по крупным городам, где приживаются новации, жителям которых знаком зарубежный опыт.

 Сейчас мы ведем переговоры с двумя компаниями из Челябинска. Они сами к нам обратились, приехали, все посмотрели, обсудили условия франшизы. Посмотрим, что из этого получится.

 Екатерина Салахова:

 Вы сами при открытии пользовались зарубежным опытом, ведь первые кладбища в Европе и США появились еще в конце 19-го века, у них, наверное, есть чему поучиться…

 Виктория Шинкарева:

 Мы общаемся со старейшим частным американским кладбищем под Нью-Йорком, они работают с 1887 года! Когда я только начинала, то писала им, мне было интересно перенять их опыт. Кстати, они предложили нам войти в Американскую ассоциацию частных кладбищ и крематориев для животных. Также нас пригласили в Лас-Вегас на мероприятие этой ассоциации. Каждый год в октябре участники сообщества встречаются для обмена опытом, проводятся семинары, деловые встречи и т.д. К сожалению, в этом году у нас нет возможности поехать в США, зато мы летим в Москву на крупнейшую выставку ритуальных услуг. Мероприятие пройдет 28-29 октября, нас пригласили выступить, рассказать о своем опыте работы по захоронению животных, о продукции, психологии захоронений и т.д

 Екатерина Салахова:

 Расскажите и нам в двух словах, что представляет собой сегодня спустя год работы ваш проект? Кто обращается, кого хоронили? Сколько это все стоит? 

Виктория Шинкарева:

 В основном, конечно, хороним котов и собак. Около 2% приходится на экзотических животных, 3% — на различных птичек. Есть у нас захоронения шиншилл, хорьков, белочек.

Как правило, колумбарные ячейки берут владельцы мелких животных. Захоронение в лесной зоне выбирают владельцы собак. По своему характеру чаще всего кошки — однолюбы, они выделяют из всей семьи одного человека. Собака же — друг всей семьи. Владельцы собак приезжают на кладбище всей семьей, долго гуляют в лесу.

 Знаете, я встречала публикации, в которых пишут, что у нас роскошные захоронения. Это бред. Нет никакой роскоши, люкса, здесь эти слова вообще не уместны. У нас все достойно. А сами услуги недорогие, например, кремация животного до 10 кг обойдется в 1 000 рублей. Это, кстати, самая распространенная услуга. Мы делаем только индивидуальную кремацию, в этом также наша особенность. К тому же не делаем на эту услугу никаких наценок.

 Для пенсионеров услуга кремации бесплатная. Мы знаем, что у пожилых людей часто есть животные, к которым они привязываются всей душой. Именно поэтому решили пойти навстречу и помочь им. Обычно бабушек с их кошечками мы даже сами довозим на своей машине. Им ведь тяжело добираться в общественном транспорте. Одна бабушка у нас оплатила место для колумбарной ячейки на шесть лет! У нее погиб сын, муж умер, потом и кота не стало. Так вот она говорит: «Что же будет с котом, если со мной что-то случится». Позаботилась наперед. Мы с ней договорились, что если узнаем, что с ней случилась беда, то прах ее кота развеем в лесной зоне. Таких трогательных историй немало.

 Екатерина Салахова:

 Виктория, как вы сами оказались вовлечены в этот бизнес? Вы ведь работали совсем в другой сфере?

 Виктория Шинкарева:

 Более 15 лет я проработала в сфере медиа, была главным редактором спутникового канала на Украине, затем по семейным обстоятельствам переехала на Урал. Что касается кладбища для животных, то я была PR-менеджером этого проекта, придумала концепцию, разработала и продвигала его в Екатеринбурге. Все удачно получилось, и эта тема меня настолько увлекла, что я осталась работать здесь!

Я думала сначала: пропишу формат продвижения, отпущу проект в свободное плавание, на этом для меня все закончится, но как оказалось, не закончилось! Чтобы понять, как работает предприятие, надо изучить все процессы изнутри. Первое время я сама попросилась на место администратора, чтобы окунуться в бизнес, понять его специфику. Я общалась с людьми, чтобы разобраться, что им нужно, как они относятся к определенным услугам. В итоге я настолько втянулась, что руководство компании предложило мне остаться в качестве исполнительного директора. Сегодня я рада, что работаю в этой сфере, могу сказать, что такое количество «спасибо», как здесь, я нигде не слышала! 

http://vegetarian.ru/interview/viktoriya-shinkareva-prevrashchaem-gorech-utraty-lyubimogo-pitomtsa-v-svetluyu-pamyat-.html